Ирина Якутенко — Воля и самоконтроль

f9c9512ad9468239f7e8f22027c18946Если вы прочитали эту книгу (в идеале — не по диагонали) — значит с силой воли и самоконтролем у вас все не так уж плохо 🙂
Очень неплохой нонфикшн с подробными  описаниями механизмов работы мозга (кому-то путешествия дофамина и серотонина по организму могут показаться дико скучными), картинками, тестами и списками источников к каждой главе.
Самоконтроль не так прост — не существует чудесного винтика в голове, который можно было бы подкрутить и стать чуточку суперменом. Существует несколько факторов, влияющих на безволие: мозг, генетика, стресс, окружающая среда + вполне возможно, что ночью к холодильнику нас ведут не менее коварные кишечные бактерии.
Сказать, что эта книга моментально изменит вас? Вряд ли (слова автора). Но кое-что важное и нужное из неё, несомненно, можно почерпнуть (или же убедиться, что вы пропащий случай и получить подтверждение в виде результатов научных опытов).
В мире пока ещё не придумано чудесного способа (или таблетки) для укрепления силы воли (как и борьбы со стрессом). Остаётся надеяться на эволюцию и науку. Тренировки самоконтроля не всегда дают долгосрочный и желаемый результат часто выходя боком и срывами. Во всем нужна мера и маленькие шажки (в виде поощрений и абстрагирования от предмета вожделения) гораздо полезнее (и безвреднее) внезапного шпагата полного отказа. И, кстати, если вы не готовы пожертвовать интересным сериалом и пончиком на ночь ради каких-то призрачных целей — может оно вам просто не очень-то надо? Лучшие мотиваторы к переменам со времён пещерных людей: любовь и интересная работа/хобби работают безотказно.

Наталья Громова — «Ольга Берггольц: смерти не было и нет»

Natalya_Gromova__Olga_Berggolts_smerti_ne_bylo_i_netЖизнь Берггольц можно сравнивать с историей СССР: от, казалось бы, яркого и многообещающего взлета до деградации и медленного угасания. Её история — это айсберг, с маленькой вершиной над водой в виде блокадных стихов и дневников.

Мы активно, страстно, как-то очень лично жили тогда всей политической жизнью страны

Идеально! Да, но только эта страна была двуличной: газеты восхваляли подвиги руководства и небольшой кучки энтузиастов-передовиков, реальность же была настолько жестокой, что писать об этом не осмеливался никто. Жители довольствовались обратной стороной Луны.

Берггольц — одна из немногих советских писателей, которая до последнего верила власти, боготворила новый строй. Странное убеждение для человека, вращающегося в кругу литераторов. Ложь «во благо» измерялась лояльностью и премиями, правда томилась в тюрьме. Неискренность и жестокость литературного мира нашли отражение в её записках; даже в детской литературе действовали совсем недетскими методам в борьбе за место под солнцем. Страна активно боролась со своим внутренним голосом — писатели и поэты рано или поздно понимали гнилую изнанку руководящей Советами Системы, и те, для кого честь и совесть были не пустыми словами, безжалостно замолкали навеки.

Мы строим прекрасный мир, наши цели благородны, мы опираемся на лучшие человеческие качества, — но почему же вокруг голод, репрессии, доносы, самоубийства, тюрьмы и расстрелы?

Повезло ли Берггольц пережить своих любимых и друзей — скорее нет. Ольга была не просто поэтом, но еще и женщиной, как никто другой. Вся её бурная личная жизнь нашла отражение в поэзии и дневниках, и утрат в ней, увы, больше, чем должно быть… Тяжело вести летопись ухода близких… Трагична и настигшая её зависимости и описания неприглядных будней последних лет.

Дневники Берггольц до последнего времени были «закрыты» для исследований и любой публики, кроме органов: слишком откровенно, слишком много правды, слишком много отчаяния. Стране необходимы другие слова и эмоции. Но и опубликованные сейчас они все же требуют дополнений и корректив. Формат дневника слишком узок, Громова же отлично дополняет и расширяет для читателя окружающий Ольгу Федоровну мир.

Роберт Сапольски — Заметки примата

eaf1e8facf45e1fc65b6ee054580cf54-2Когда человек увлечен своим делом и при этом обладает незаурядным чувством юмора — такое сочетание всегда рождает множество увлекательных историй. Именно из таких состоит книга Роберта Сапольски, американского нейробиолога и нейроэндокринолога. Главные герои: степные павианы, восточноафриканские племена и один бородатый ученый, который в свободное от науки время путешествует автостопом по Африке. Основную часть книги занимает работа по изучению причин и взаимосвязи болезней и стрессов в зависимости от ранга павианов в Кении. «Быть степным павианом я никогда не думал — наоборот, все детство и юность я провел в уверенности, что стану горной гориллой» — и да, Роберт не стесняется отождествлять себя со своими подопытными и умудряется стать им крестной феей: дает библейские имена, отмечает достоинства-недостатки, заводит любимчиков и приходит на помощь в трудную минуту.
 
Помимо значимых результатов самого исследования, Сапольски подмечает (хоть и открыто об этом не говорит), что разница между павианом, кенийцем и американцем существует исключительно в призме нашей культуре. Да, мы выглядим, живем и говорим по-разному, но мы дальние родственники. Павианам не хватило пары тысячелетий эволюции для того, чтобы жить в Бруклине, носить шорты и есть мороженое. А кенийцы активно и с удовольствием постигают ценности западного мира (да так, что белым туристам остается только платить и плакать).
 
«Заметки…» сопоставимы по масштабу с книгой Дайан Фосси «Гориллы в тумане», где каждый примат обладает собственным именем, характером и человеческими качествами. В книге Сапольски упоминает о встрече с ней и «ее» гориллами с благоговением и горечью.
 
Интервью и лекции Р. Сапольски на русском языке можно найти здесь: http://www.ziminbookprojects.ru/lib/avtoryi/robert-sapolski.html

Павел Басинский — Посмотрите на меня

cover1__w600Книга служит дополнением к «Дневнику русской женщины» Лизы Дьяконовой, ни в коем случае его не заменяя: из него приведены лишь небольшие фрагменты. Дневник обманчив, да и дневник ли это? Скорее роман о русской женщине. Насколько он правдив? Или все это плод больной фантазии автора? Басинский помогает раскрыть специфику того времени, быт и мировоззрение «бестужевок» начала 20 века и подобраться поближе к разгадке главной тайны: кем же была Лиза на самом деле, и что же могло случиться в Тироле?

Лиза попросту опередила свое время. Живи она во времена фейсбука и ЖЖ — разглядеть её душу за непривлекательной (как она считает) внешностью, было бы проще. Из минусов только терзания по поводу количества лайков и комментов. В том старом мире не было места ни ее душе, ни телу. Дьяконова не тихоня и уж вовсе не забитая купеческая дочь из глубинки. Возможно даже феминистка (так принято считать, хотя не все идеи этого движения ей близки). Она свободно общается и переписывается с интересными ей мужчинами, а вот со своим полом у нее получается скорее конфликтовать: верных подруг, кроме родных, она так и не приобрела. Найти занятие по душе у нее тоже не получается — мир вокруг слишком «мужской». Мятущаяся душа — нет ей счастья ни в провинциальном Ярославле, ни в царском Петербурге, ни даже в блистательном Париже (где, тем не менее, проведя работу над собой она пользуется значительным успехом у мужчин, но жизнь тамошнего общества и отношение к женщине её попросту шокировало)

История Лизы на редкость современна — многие девушки и сейчас так же стремятся к счастью: веря в своего героя, который увидит их истинную (внутреннюю) красоту. Читая дневник и дополнения Басинского ловишь себя на мысли, что какие-то проблемы и сомнения тебе близки. С другой стороны — она сама виновата в своих бедах, друзья не раз желают ей любить людей сердцем, а не умом и перестать их отталкивать собственным эгоизмом. Ей бы прислушаться, а не замыкаться в своем одиночестве, но нет… вместо этого она пытается жить чужой жизнью — то ли почерпнутой со страниц бульварных романов, то ли плодами собственного безумного воображения… И к сожалению, возможно, это и приводит бедную Лизу к трагедии…

С автором в его изысканиях можно согласиться, а можно их опротестовать. Будь к результатам спиритических сеансов чуть больше доверия — можно было бы расспросить и саму героиню «Дневника…» о ее тайнах. В любом случае: после прочтения, вы увидите Лизу Дьяконову в ином свете. Даже если ее гибель в Австрии была чистой случайностью, то, все равно, своего она добилась — и через век на нее наконец «смотрят».