Джулиан Барнс — «Одна история»

Dzhulian_Barns__Odna_istoriyaПервая любовь — любовь последняя.
Настоящая. Такая, как она воспринимается обоими участниками истории, а не наблюдателем-автором. Соловьи здесь не поют, герои не встречают-провожают солнечный диск, а из описания одежды припоминается только теннисное платье героини.
Кейси-Пол, 19, Сьюзен — 48. Он — неоперившийся студент, у нее — неудачный брак и и две взрослые дочери. Эти отношения должны стать спасением от скуки провинциального городка, и вроде бы Барнс заранее намекает на их бесплодность и скорый финал. Но у жизни свои планы: отношения действительно тупиковые, но никто не решается нажать на стоп и стать виновником разрыва и страданий, проще продолжать мучить друг друга якобы любовью. С этого момента книга читается весьма неохотно — в ожидании конца, а он все никак не случается, страдания героев только усиливаются с каждым абзацем. Как стул с гвоздем — и сидеть неудобно и встать больно. Алкоголизм, одиночество и две сломанные жизни. Понимаешь, что развязкой станет только смерть.
Барнс написал роман-нравоучение молодым и не только людям о том, что история в жизни одна-единственная, а вот ее участников — двое; не всегда случается так, как мы себе намечали: кто-то отпустил, кто-то не смог, ведь мы вроде как ответственны за тех, кого приручили, если ты выживешь, убив любовь, то как не умереть после боя от чувства собственной вины? Не всем удается легко порвать с прошлым, иногда расплатой за «грехи» становится вся дальнейшая жизнь, посвященная прошлому: человеку, которого ты любил когда-то давно… И думаешь — зачем так, лучше б как Ромео и Джульетта — умереть влюбленными, не разочаровавшись и не сожалея.

Оливье Бурдо — «В ожидании Божанглза»

Olive_Burdo__V_ozhidanii_Bozhanglza«Вся жизнь — это танец, который танцует душа.»
«Танцуй, как будто никто не видит.»
«Танцуй, как в последний раз.»
Это не только красивый статус в соц.сетях. Иногда эти фразы становятся девизом чьей-то жизни и любви. Большая редкость встретить тех, кто смог вознестись над бытом и унылой реальностью. Но они есть: например, Папа и Мамочка: Жорж и Жоржетта (или как там сегодня зовут эту взбалмошную мадам?)
Включите чарующий голос Нины Симон и наслаждитесь этой сумасшедшей историей любви, описанной их сыном (считается, что дети ведь видят мир совсем иначе. Но так ли это на самом деле? Может стоит верить детям почаще?)
Каждый человек в мире достоин счастья. Вне зависимости от своего статуса, красоты и наличия болезней. Когда они встретились, Жорж сразу понял, что она не такая, как все, но это не помешало их счастью. Они танцевали и беззаботно смеялись. Лишь для одного из них это был горький смех со слезами на глазах. «Это неправильно», — твердили им, «это — любовь», отвечали они . А любовь никогда не соблюдает правил. Нужно быть сумасшедшим, чтобы так любить. И идти до конца не только на словах. , кто более ненормален — тот, кто признал свою ненормальность и покончил с собой, чтобы спасти любимых от себя или тот, «нормальный», кто последовал в вечность за своей половиной?Или же ещё более ненормален тот, кто не умеет так любить?

«Клянетесь ли вы перед всеми ангелами небесными, что последуете за мной повсюду, на самом деле повсюду?
– Да, повсюду, на самом деле повсюду!»

Алёна Долецкая — «Не жизнь, а сказка»

1021435877Книга для выходного чайника чая и баночки варенья (по рецепту автора, разумеется). Только с вареньем поосторожнее, есть шанс зачитаться, забыться и съесть всю банку целиком.
Долецкая — знаковая фигура в мире российского глянца и абсолютно не глянцевый человек: нет на ней этого футляра человека-загадки, так популярного в модном мире, зато есть образец для подражания — яркость, живость и откровенность: «гореть, светить и освещать» (с)
Легкость и мудрость бытия одновременно. Конечно, вся юность описана уже сквозь призму времени, когда становится видны и понятны мораль и смысл каждого слова и действия, но всё это без оглядки на исправление ошибок и нравоучения будущим поколениям. «Учить, не впадая в менторство, и учиться, не впадая в детство» (с)
Каждая глава — как история из давно забытой на даче стопки глянцевых журналов 90-2000-х, когда текст был важнее красивых картинок. Русский глянец — уникальное явление, его «делали» настоящие профи, вначале абсолютно не представлявшие, с чем его едят, зато знавшие много о филологии, философии, журналистике, дизайне и моде (советская школа, МГУ — forever).
Для меня VOGUE — это А.Д. Сейчас его невообразимо колошматит, покупаю по привычке (и в надежде на лучшее!).

А. Дж. Финн — “Женщина в окне”

790a2f15a2e8e4571bf00620b63852ea.jpgНе покидает ощущение, что ты когда что-то подобное читала. Ах да, это ж почти сюжет «Девушки в поезде». Подглядывать за другими в наше время опасно (совет не только героине, но и будущим писателям 😃 )
Незатейливый детективчик/психологический триллер, подходящий для коротания дождливого вечера. В каждом из нас есть немножко главной героини (Анна Фокс) — психолога-агорафоба в разводе, любящей винишко, черно-белые фильмы, свою дочь, кота и …шпионить за соседями. Дни взаперти похожи один на другой, но в век интернета её, кажется, это не сильно огорчает. Всё нужное для жизни можно узнать и заказать там. За дверью дома нет совершенно ничего интересного. И так бы и текла её жизнь неспешно, перетекая как сухое красное из бутылки в бокал, но в дом поблизости въезжают новые хозяева. Но что-то с ними не так, пусть они милы и дружелюбны, и опасения Анны не напрасны — в один прекрасный день из своего окна она видит…убийство. Но почему-то ей никто не верит (да-да, все её «милые» увлечения говорят против неё). Доктор Фокс начинает своё расследование…
…К середине книги тучи начинают сгущаться, история — меняться, а к первым раскатам грома и ударам молнии — все действующие лица оказываются совсем не теми, какими казались. Как в старых добрых черно-белых триллерах, которые идут задним фоном всего происходящего.
Права на экранизацию уже куплены, думаю, в качестве фильма роман будет более удачен.

Павел Басинский — Посмотрите на меня

cover1__w600Книга служит дополнением к «Дневнику русской женщины» Лизы Дьяконовой, ни в коем случае его не заменяя: из него приведены лишь небольшие фрагменты. Дневник обманчив, да и дневник ли это? Скорее роман о русской женщине. Насколько он правдив? Или все это плод больной фантазии автора? Басинский помогает раскрыть специфику того времени, быт и мировоззрение «бестужевок» начала 20 века и подобраться поближе к разгадке главной тайны: кем же была Лиза на самом деле, и что же могло случиться в Тироле?

Лиза попросту опередила свое время. Живи она во времена фейсбука и ЖЖ — разглядеть её душу за непривлекательной (как она считает) внешностью, было бы проще. Из минусов только терзания по поводу количества лайков и комментов. В том старом мире не было места ни ее душе, ни телу. Дьяконова не тихоня и уж вовсе не забитая купеческая дочь из глубинки. Возможно даже феминистка (так принято считать, хотя не все идеи этого движения ей близки). Она свободно общается и переписывается с интересными ей мужчинами, а вот со своим полом у нее получается скорее конфликтовать: верных подруг, кроме родных, она так и не приобрела. Найти занятие по душе у нее тоже не получается — мир вокруг слишком «мужской». Мятущаяся душа — нет ей счастья ни в провинциальном Ярославле, ни в царском Петербурге, ни даже в блистательном Париже (где, тем не менее, проведя работу над собой она пользуется значительным успехом у мужчин, но жизнь тамошнего общества и отношение к женщине её попросту шокировало)

История Лизы на редкость современна — многие девушки и сейчас так же стремятся к счастью: веря в своего героя, который увидит их истинную (внутреннюю) красоту. Читая дневник и дополнения Басинского ловишь себя на мысли, что какие-то проблемы и сомнения тебе близки. С другой стороны — она сама виновата в своих бедах, друзья не раз желают ей любить людей сердцем, а не умом и перестать их отталкивать собственным эгоизмом. Ей бы прислушаться, а не замыкаться в своем одиночестве, но нет… вместо этого она пытается жить чужой жизнью — то ли почерпнутой со страниц бульварных романов, то ли плодами собственного безумного воображения… И к сожалению, возможно, это и приводит бедную Лизу к трагедии…

С автором в его изысканиях можно согласиться, а можно их опротестовать. Будь к результатам спиритических сеансов чуть больше доверия — можно было бы расспросить и саму героиню «Дневника…» о ее тайнах. В любом случае: после прочтения, вы увидите Лизу Дьяконову в ином свете. Даже если ее гибель в Австрии была чистой случайностью, то, все равно, своего она добилась — и через век на нее наконец «смотрят».

Элена Ферранте — «Те, кто уходит, и те, кто остается»

1018988196Третья часть неаполитанской саги о дружбе и жизни Лену и Лиле. И вновь несчастья сводят двух подруг. Лену пытается найти смысл жизни в семье, мятежная Лила ищет счастья в поиске правды и справедливости. Чем дальше они друг от друга, тем ближе становятся. С голосом на другом конце телефонной трубки общаться проще, чем с глазами напротив.
Ленучча в третьей части — это внезапно пришедший успех и послевкусие известности, разочарование в материнстве и супружестве, сложности с бытом, депрессия и множество вопросов к самой себе. Вся ее жизнь — попытка соответствовать чужим требованиям. Чего Лену хочет — не знает и она сама. Ей и легче и тяжелее, когда Лила рядом — есть образец для подражания и есть достойный соперник в жизненной гонке. Когда же Лила сходит с дистанции — Лену это раздражает.
Главы о коммунизме, стачках на заводах и политике немного напрягают параллелью с советскими реалиями — но такое уж тогда было время.
Жизнь сводит и разводит нас с разными людьми. После знакомства с некоторыми остается легкое недоумение — зачем была нужна эта встреча и зачем этот человек был нужен в нашей жизни? Для смысла, только для придания ей смысла и направления нужны люди — и те, кто уходят и те, кто остаются.

Аффинити Конар — «Mischling. Чужекровка»

26661818.cover_330Купилась на сравнение в аннотации с романами Энтони Дорр и Эммой Донохью. Нет и нет, даже рядом не стояло.
Путанный язык и скомканность повествования. Домучила исключительно из собственного принципа дочитывать до конца.
Возможно понравится тому, кому нравится читать поток сознания (но для этого больше подходит Фоер). Вопросов к повествованию слишком много. В историях на тему Второй Мировой хочется достоверности и искренности, а тут абсолютно фантастическая история. Допустим, что это воспоминания маленьких девочек — но в конце книги девочки уже выросли, *а мышление осталось младенческим*.
Сюжет сам по себе интересный, но его исполнение оставляет желать лучшего. Несколько раз теряла смысл повествования в ворохе действий и разговоров. Возможно это такой литературный прием, чтобы окунуться в атмосферу чужеродности и потерянности в жуткой тюрьме: разлученные дети и родители, братья и сестры. Книга «выезжает» только на описании жестокостей в отношении детей, трогающих сердце. Детей, многим из которым не дадут стать взрослыми. Судьба которых закончится слишком рано.
История близняшек Стаси и Перль должна тронуть сердце, но вызывает только недоумение. Впечатлительным не рекомендую особенно.

Элена Ферранте — История нового имени

Elena_Ferrante__Istoriya_novogo_imeni.jpegПродолжение неаполитанской саги о Лену и Лиле.
И вновь переносимся в солнечную Италию.
Лила выходит замуж. Новая, роскошная по меркам прежней жизнь меняет её, истончая нити связи с прошлым и, непосредственно, Лену. Богатству не понять бедности… Но не судьба Лиле найти счастье в достатке. Красота и ум для нее как проклятие. Она лишь пешка в мужских играх, хоть и пытается играть на равных.
Лену же продолжает грызть гранит науки, порой не понимая, зачем она это делает. Страсти захлестывают сильнее, чем филологические аксиомы. Личная жизнь бурлит, но это все не то… не так должно все быть… Она решает учиться дальше и уезжает в Пизу — подальше от знакомых и прошлой жизни. Может в чужом краю повезет? В стремлении к популярности она пытается жить чужими идеалами и чужой жизнью. Но все это долговременного счастья не приносит, лишь излишние волнения.
Дружба героинь, как огонек свечи — мерцает, вспыхивая то сильнее, то совсем затихая. Лену то совсем забывает про Лилу, то тяготится их знакомством. Внутреннее соперничество подруг временами уступает повседневным делам и проблемам.
Удивительный парадокс романа в том, что читая — не можешь оторваться и ждешь продолжения, а закрываешь — и понимаешь, что бразильский сериал, и можно было почитать что-то получше. Внутренние страдания даются Ферранте хуже описания внешних реалий: злости, зависти, школьных тычков и ненависти между семьями, перерастающих в разборки между кварталами.

Виктор Пелевин: «iPhuck 10»

c1a89b0d8b43e19e667e26185a7c62c2Как всегда — блестяще и многогранно, эдакая коробка со смыслами, таящая в себе еще бесконечное число коробок по принципу матрешки (см. обложку).

Про сюжет писать не буду — эти пару предложений легко нагуглить…и они будут неправдой…

Главные персонажи-антонимы: искусственный интеллект (ИИ) Порфирий Петрович как русская тройка объединяет все лучшее — невозмутимый и бесчувственный симбиоз персонажей Достоевского-Гоголя-Акунина и его человеческий работодатель Маруха Чо — образец создателя «не ведаем, что творим». Битва человека и набора алгоритмов. Кто же победит?

Это роман-пророчество, состоящий из авторской трактовки самых запрашиваемых страхов человека в поисковике: мировой ум, искусственный интеллект, виртуальная реальность,  секс с машинами, обесценивание искусства, анонимность в сети, мировое правительство/банк, боль, смысл жизни…

Смысла жизни нет. Счастливого уж точно. Жизнь — это нескончаемая попытка убежать от боли. Искусственный разум (но то он и разум, а не сердце), поняв это, себя бы уничтожил, отключил, обеспечив себе стабильную вечность, глупое и эмоциональное человечество под действием гормонов выбирает алгоритм «быть», сколько бы страданий и самообманов ему бы этого не стоило. Чем абсурднее надежда, тем крепче вера — таков человек. Причины и награды за «разумное существование» нет, по-крайней мере в этом мире.

Пелевин не изменяет своим философским отступлениям + фирменный стеб, сарказм, каламбур. Мы живем в мире фриков — все отсылки к событиям, историческим персонажам, книгам и фильмам гротескны, но как же они реальны и легко узнаваемы.  Здесь тотальный контроль со стороны правительства доходит  до абсурда — после атаки некого вируса (Эбола, не иначе) под угрозу встает традиционный процесс размножения (утверждает правительство и в доказательство дает статистику по уродству), поэтому детей начинают выращивать в пробирках (отсылка к распространению суррогатного материнства и эко). Правительство прохвосту запрещает традиционный секс (называя его последователей свинюками) — слишком сложно управлять парными индивидуумами. Взамен предлагаются уникальные агрегаты: айфаки и андрогины (думаю, все догадались о чем речь) с расширенной реальностью и множеством чувственных режимов. Пелевин-маркетолог попадает в яблочко — просто додумывая логичное и предсказуемое. Прав чертовски: думаете, кто-то удивится новым возможностям, скажем, 15-го айфона? Нет! Выстроится ежегодная осенняя очередь за гаджетом и через пару-тройку лет и новых модификаций это станет приемлемым и нормальным — как сейчас нормально копаться в телефоне везде: на совещании, на свидании, в постели, на пляже…, смартфон становится всем, почему бы им и не заменить партнера? Вуаля, и проблема одиночества в сети и вне ее решена!

Мир становится идеальным (по мнению правительства и рекламщиков). За нас решают все: с кем спать, что потреблять, что делать, что смотреть. Новая реальность: контекстная реклама и ТВ в убере, основанные на вашей биографии и истории поиска. Видеокамеры, наблюдающие за вами даже в туалете — и вы не обращаете на них внимания. Новая толерантность: мусульманское государство и нетрадиционная любовь уже никого не удивляют; обиженные в этом мире —  некрофилы и зоофилы, но это ненадолго. Феминизм стирает различия между тендерами — тут тебе и баба с яйцами и иные вариации хомо сапиенс, оставшиеся за кадром.

Человек создал искусственный интеллект, чтобы освободить себя от работы во имя науки и творчества, а вместо этого общество все больше уползает в степи пенетрации и доминирования (люди настолько ленивы, что и возможность творчества всенепременно отписали ИИ). Отличный стеб про высер текста (почитаете — поймете) и создание произведений искусства по принципу химической реакции: смешаем все человеческие страдания и посмотрим, что получится.

Но это все только в будущем. А пока:

Жить ой. Но да. (с) Пелевин

 

Амос Оз: «Иуда»

Роман о мыслях, идеях, каждую из которых хочется ухватить и передумать, пропустить через себя. Роман, после прочтения которого переосмысливаешь события, переосмысливаешь себя. Роман, который пробуждает внутренний диалог. В каждом из нас уживаются ангел и бес, война и мир, добро и зло, любовь и ненависть. Но мы замалчиваем их вечно спорящие голоса, выбирая ту позицию, при которой от нас требуется меньше усилий. Картина окружающего мира мало чем отличается от нашего внутреннего мира: чаще всего мы принимаем версию большинства, удобную правду, не копаясь в причинах и версиях «могло бы иначе».В Иуде три ветви повествования: война (арабо-израильский конфликт), предательство (Иуда и Иисус) и любовь (Шмуэль и Аталия). И все эти ветви постоянно сплетаются и расходятся, смыслы подменяют друг друга: война, как выражение любви к своему народу, и смерть Иисуса во имя любви к предателю (или все же искренне уверовавшего в него?) Иуде.

Иуда — центр романа. Мы видим его в каждом герое — каждый из них наказан за ошибки прошлого, за свою нерешительность. И как оправдание себя и окружающих, Шмуэль пишет о настоящей жизни Иуды — бы ли он тем человеком, образ которого нам пытаются навязать? Иуда Оза верит в Иисуса, больше, чем сын Божий верит в себя, искренне любит его. Любовь скрывается в каждой строчке романа. Любовь — это и добрый, домашний, уютный Шмуэль (и пахнет тальком) и холодная и сухая Аталия. Любовь — это дом, который изменяет людей. Он всегда будет здесь, в этом месте, на перекрёстке времён. Аталия и Гершом все так же будут пить чай среди книжных полок. Но никто из его гостей не захочет возвращаться в него вновь, боясь встретиться со своим старым я, боясь собственного разочарования (с глаз долой — из сердца вон).