Тишина в эфире

Не писала сюда больше месяца — как-то все не до этого. Хотя, как только вынырнула из наркозного коматоза в больнице, сразу попросила блокнот и карандаш (надо было ещё и точилку попросить): память подводила, а того с чем нужно разобраться, было много. Сначала были просто списки дел, перешедшее в повествование, отрицание и восклицание. В 28 понимаешь, что все твои проблемы, казавшиеся глобальными в 14 были на самом деле мелкими пустяками. А вот сейчас настоящие траблы. Наверное, лет в 50 тоже буду думать, что это все — пустое.

Успела совершить пару глупостей: рассказать о своём прошлом тому, кому не надо и наговорить гадостней настоящему (вот уж кто повёл себя как джентельмен, хотя дулся неделю). Жалеть меня абсолютно незачем, но как-то все равно обидно, что вместо сочувствия получилось, что раз я себя за уши из болота вытащила, так будь добра, ещё и другого вытащи. Чужой пример как бы вдохновляет, но работать никто не хочет: ни в прямом смысле, ни над собой.

Больница, даже самая-самая лакшери, немножко похожа на армию. Сюсюкаться с тобой долго не будут: вставай и ходи. Да тяжело, да больно, да нет сил, но ты должен. А ради чего должен, сам придумывай. Шанс послать этот мир на три буквы у тебя уже был, и ты им не воспользовался. Так что терпи, дружочек

Respect and gratitude for knowledge that makes the world a better place

Маятник ценностей качнулся…Взрослею, наверное. Перехожу от юношеского ехидства и скепсиса к сдержанности и уважению. Научилась слушать и не встревать со своими саркастическими комментариями (хотя О. это нравится) и нетактичными исправлениями. Научилась уважать чужое мнение, пусть я с ним не очень-то и согласна (просто у О. всегда интересные собеседники; конечно, в мире много разных кругов и не очень умных людей, выдающих себя за интеллектуалов…но от таких сразу дистанируюсь и не встречаю в споры). Любое знание имеет ценность. Полюбила дремать под мужские разговоры о грядущем и глобальном — такой вербальный нон-фикшн в сумерках, когда все расплывается и остаются лишь голоса и образы… и не ясно: явь ли это или просто сон.

Искренне завидую малоспящим людям (это особенности гормонов, проходили врачебный тест, и мне велено спать по 8-10 часов, а вот О. достаточно и 5): больше времени для познания и вписывания в себя нового, а я все это время просыпаю; на тумбочке громоздится куча книг, которые уже прочтены и переданы мне царственной рукой по наследству как must-read и *мне интересно услышать, что ты об этом думаешь*. Поэтому мои знания всегда вторичны и не поспевают за переменчивой реальностью. Книги и лекции не делают тебя умнее, но с ними расширяются границы этого мира (пока ещё не открыты другие). Ммм, мой любимый наркотик.

And I love her… (c) Beatles

Есть две категории мужчин. Одни раздают «я тебя люблю» направо и налево, другим же и пары лет семейной жизни мало, чтобы сказать это вслух. Как будто эта фраза лишит их защитной брони. Разрушит их мир. Ты принадлежишь к числу вторых. А я — та несчастная, кого ты измучил. Боже, сколько я ждала этой фразы, ну вот-вот-вот, такой момент, что нельзя этого не сказать….но ты только вздыхал, морщился и, казалось, тебе физически трудно и больно выдавить её из себя.Иногда мне было все равно: ты был дико нежным, заботливым, угадывал каждое мое желание; что, слова — главное, действия.

Иногда же мысль о том, что это самые важные слова и «а вдруг он меня просто обманывает» кружили в голове как назойливый комар в тишине ночи. Просыпалась в его объятьях, вскакивала, бежала в ванную, включала воду и рыдала, сидя на коврике. Он просыпался от шума воды, садился рядом, успокаивал и утаскивал всхлипывающую меня обратно в гнездышко. «Что? Что такое?» — «Просто плохой сон». Я всегда раскапывала тебе небылицы; было стыдно за свою слабость и глупость.

Иногда это доходило до крайности, и я как могла выводила тебя из себя просто, чтобы услышать твои чувства, чтобы заставить признать хоть что-то. В тот момент я была бы счастлива услышать, что ты меня ненавидишь. Или хлопок дверью и сбегание по лестнице. Просто чтобы поверить, что ты живой и способен чувствовать. Ты был готов брать ответственность за весь мир, но не говорить о том, что у тебя внутри.

***

А потом «я тебя люблю» случилось само собой. Когда уже было совсем не важно или же, наоборот, это было самым важным и самым нужным. Ты выбрал лучший момент. В тот день, когда ты увидел своего крошек сына и дочурку. Убрал мне волосы со лба, поцеловал и прошептал: «я люблю тебя». Не было никаких: «что ты сказал, повтори?». Я услышала бы их, будь они совсем беззвучными, прочла бы по губам. Мурашки по коже, хотя казалось, что невозможно испытать ещё какие-то эмоции. Боль осталась в прошлом, уступив дорогу будущему. Нашему будущему. 

***

С этого момента ты немного оттаял (хотя внешне все также невозмутим). Рассказал многое из того, что чувствовал в первые месяца знакомств. Боялся своих глупых шуток, вести себя «как мальчишка», моих неодобрительных взглядов («уж больно серьёзная»), писал записки, рвал, зачеркивал, отправлял их в шредер, исписывал черновики документов тем, что так сложно сказать ….

 «Знаешь, женщины….они часто сходят с ума от любви, брака. Я просто боялся потерять твою рассудительность, потерять тебя, ту, которую полюбил…» (да-да, мне хотелось его после этого ударить). 

Стойкий оловянный солдатик и его балерина

Это видеть надо…она для него розочка под колпачком и статуэтка. Он её просто облизывает, пылинки сдувает… Лет 20 уже это длится. Я даже не уверена, что они занимаются любовью в естественном понятии. Слишком прозаично членом в неё тыкать. А она вся такая девочка капризная и им командует. Ему под 60, бывший спецназовец, сейчас бизнесмен. Она давно не ребёнок: под 40 уже. Бывшая балерина, ушла из-за травмы, кривенькая и хромает до сих пор. Жила с бандюком, который её бил и дома держал, потом его убили, а она неделю сидела голодная в закрытой снаружи квартире. Нынешний муж — сосед, спас её. 90-е, конечно, сказочно страшное время.

Отцы и дети

Я долго не верила в шаблон из фильмов: семейный ужин и дети в наушниках, уныло ковыряющиеся в пасте…пока сама не оказалась за столом с двумя подростками, отгороженными от взрослых волной музыки ( может быть и просто тишины). Родители, как и учителя, винят в этом равнодушии не себя, а детей. А вот и нет. Детям неинтересно, не потому что они глупые и невнимательные, а потому что вы и сами не верите в то, что им говорите. Никто и не говорил, что будет просто. Любые отношения — работа, в том числе и отношения отцов и детей. Родительский авторитет дается не вместе со свидетельством о рождении, зарабатывается не количеством лет, а инициативностью, количеством здравых решений и умения идти на компромис. Глупо распинаться перед детьми «ты обязан меня слушать», лучше дать подросткам право на свободу слова: пусть говорят о том что им интересно (без немедленной критики в их адрес с вашей стороны). Если дети вас уважают, то сами не будут затыкать уши, когда вы с ними разговариваете. Подростки и взрослые равны, сидя за обеденным столом (в других декорациях — пока еще нет). Столовая, кухня — зона безопасности, откровенности и понимания. Не лишайте отпрысков этих чувств своими амбициями.